О философе Якоби, учёных путешественниках фон Гумбольдте и Форстере — в Дюссельдорфе 18 века.

«Моя философия – личная», — говорил дюссельдорфский философ Фридрих Якоби*. Его не интересовали детали, ему важна была общая тенденция, направление мысли оппонента:

«Надо смотреть в корень, а не ловить блох. Ведь неважно, какой чёрт перед тобой — красный или белый, главное, что это чёрт».

Конспектирую из научной работы для следующей экскурсии, где об этом друге Гёте пойдёт речь.

Вся его философская критика направлена преимущественно против натурализма и идеализма (яркими представителями которых был Спиноза, Кант и Фихте). И то и другое по существу две стороны одной медали, как считал Якоби – они приводят к отрицанию главного: Бог, мораль, свобода, человек как личность, а не абстрактный, мёртвый скелет. Одно растворяет Бога в природе, другое же превращает весь мир лишь в «явления».

Цель его работ — не написание диссертаций, не получение учёной степени, не создание собственной системы, которая заменила бы другие, не для признания и известности, но воздействие на образ мысли и на образ жизни современников.

Подлинная истина не должна быть результатом насилия и принуждения, поэтому в своих произведениях Якоби так же уделяет место вопросу о сущности государственной власти, её правах и границах влияния. Он считает, что государство по сути своей должно обеспечивать человеку право распоряжаться своей собственной жизнью. Как настоящий протестант, Якоби также выступал за религиозную свободу.

«Лишь собственный опыт, полученный благодаря самостоятельной активной деятельности людей, может быть источником познания, истины и мудрости». 

Его «философия жизни» утверждает, что главным в сознании людей должна быть внутренняя свобода, которая невозможна без веры в «невидимую церковь». 

«Моя философия исповедует невидимую церковь; кто принадлежал к ней,избрал лучшее…»


Jacobi F.H., v. Roth F., Hamann J.G., Köppen F. Friedrich Heinrich Jacobi’s Werke. B. 4/1, Leipzig: Fleischer, 1819. S. XII

К Якоби в Пемпельфорт заезжал молодой Гумбольдт. Весной 1790 года Александр фон Гумбольдт отправился вместе с Георгом Форстером в поездку вниз по Рейну, через Нидерланды в Англию и затем – в революционный Париж, поездку, по словам Гумбольдта, «не только очень увлекательную, но очень полезную и поучительную».

Времени у них всюду в обрез, всё же рядом с опытным путешественником и учёным Александру удалось многое увидеть, многое узнать и многому научиться, так что в образовательном смысле поездка эта стала для него чуть ли не самым значительным событием всего гёттингенского периода.

Форстер потом рассказал об этой поездке в работе «Заметки о Нижнем Рейне, Брабанте, Фландрии, Голландии, Англии и Франции, сделанные в апреле, мае и июне 1790 года».

Форстер – ботаник и зоолог, химик и физик, географ и историк – разбирался в соборной архитектуре и в конструкциях шахт, в музейном деле и в пейзажной живописи; находясь рядом с Гумбольдтом, он повсюду – в почтовой карете, на парусном корабле, на трибуне английского парламента – своими едкими и точными репликами постоянно помогал Гумбольдту критически оценивать происходящее у них перед глазами, а также иронично и остроумно рассказывал Александру об интересных эпизодах своего кругосветного путешествия.

Форстер, мастер живого и страстного слова, способен увлечь любого слушателя, он образованнейший ученый-универсалист, знал языки, нравы и обычаи народов тех стран, где ему довелось побывать, у него могущественные и влиятельные друзья, – словом, Форстер был тем, чем ещё только хотелось стать молодому честолюбивому Гумбольдту. Стоит ли удивляться, что он ловил каждое слово своего старшего друга и старался многое у него перенять.

В зрелые годы Гумбольдт не раз будет говорить о благотворном влиянии, которое оказал на него в юности Форстер. В «Космосе», например, он называет его «прославленным учителем и другом», чье имя не может «произносить без чувства глубочайшей благодарности». Вместе с тем его восхищение Форстером не было слепым и некритичным. Отнюдь нет. В записях от 1801 года он как бы вскользь отмечает, что «совместную жизнь с кругосветным путешественником все же несколько омрачала мелочная и тщеславная натура» последнего.

Влияние Форстера на Александра Гумбольдта было глубоко и многообразно. Всякий, кому случается читать «Картины природы» Гумбольдта или отдельные части его «Путешествия в равноденственные области Нового Света» и сравнивать их с «Путешествием вокруг света» или «Заметками о Нижнем Рейне» Форстера, не может не заметить в гумбольдтовских работах явное влияние Форстера.
(из книги Герберта Скурла: «Александр Гумбольдт»)

Об авторе Татьяна*Schön

автор журнал про Про*Дюссельдорф.
Запись опубликована в рубрике МUSE(й)UMно, Полезно, ПроDÜссельдорф, Умно+Мысли+Книги с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>