Подробности о «Дюссельдорфской речи» в Клубе индустрии в 1932 году

«Клуб Индустрии Дюссельдорфа» (Industrie-Club) — ассоциация ведущих деятелей экономики и общественной жизни в Дюссельдорфе, расположенный при фешенебельной гостинице «Штайгенбергер Парк-Отель». Этот клуб промышленников основан в 1912 году, первым президентом стал Вильгельм Маркс, мэр Дюссельдорфа. Среди известных членов этого клуба были крупные промышленники: Густав Крупп фон Болен унд Гальбах, Август Тиссен (отец), Фриц Тиссен (сын), Карл Дуйсберг, Карл Ханиэль и Вальтер Ратенау.

Клуб промышленников в Дюссельдорфе расположен при отеле «Штайгенбергер Парк-Отель».

 

Традиционно в клуб приглашают политических деятелей для лекций. К самым спорным «лекциям» до сих пор относят «Дюссельдорфскую речь» Гитлера в этом Клубе 26 января 1932 года — он убедительно проговорил здесь два с половиной часа (а в апреле 1932 года здесь выступил Герман Геринг, «закрепив» основные тезисы предыдущего «оратора»).

Организовать эти выступления помог Фриц Тиссен, о его судьбе — далее. Гитлер предлагал разработку широкой программы общественных работ и технического перевооружения производства. Его слушали с напряженным вниманием, особенно, наверное, его тезисы о распространении коммунистической «заразы» и предупреждение: если большевизм не остановить, тогда он «изменит мир так, как когда-то христианство… Ленина через триста лет будут рассматривать не только как революционера 1917 года, но и как основателя доктрины нового мира и будут чтить, возможно, так же, как и Будду». Судя по всему, эта речь Гитлера была действенным сочетанием понятных эмоций и довольно ясной логики. В итоге на счёт нацистской партии поступили значительные суммы для продолжения политической деятельности.

Надо сказать, что после 1945 года в качестве спикеров в Клубе побывали такие «положительные» политики, как Вилли Брандт (1959), Конрад Аденауэр (1964), Гельмут Шмидт (1967), а также и бывший глава СССР Михаил Горбачёв (1996).

Отрывок из книги «Преступник номер 1. Нацистский режим и его фюрер», авторы — Мельников Д. Е., Черная Л. Б.:

«Одним из решающих моментов в борьбе Гитлера за власть был его доклад в святая святых промышленных кругов, в Дюссельдорфском индустриальном клубе в «Парк-отеле» 26 января 1932 года. На нем присутствовали триста крупнейших рейнско-рурских магнатов. Речь фюрера длилась два с половиной часа, в ней он подробно ознакомил своих слушателей с программой партии не только по отношению к крупному капиталу, но и по всем вопросам. …

Гитлер изложил «позитивную программу» НСДАП, выдвинув при этом два тезиса. Первый — установление сильной власти в Германии обеспечит небывалый расцвет германской экономики и откроет путь к мировому господству немецкого капитала. Второй — установление сильной власти обезопасит немецких монополистов от коммунистической угрозы. По первому тезису фюрер развил целую наукообразную теорию, очень понравившуюся промышленникам. «Не немецкая экономика завоевала мир, дав возможность в дальнейшем сформироваться сильному государству, — сказал он, — все было наоборот: государство силы создало предпосылки для позднейшего расцвета экономики». Как явствует из стенограммы, эти слова были встречены возгласами: «Очень правильно!»

Перейдя ко второму тезису, фюрер заговорил почти так же, как на обычном нацистском сборище, но и это пришлось по вкусу его слушателям: «Да, мы приняли непреклонное решение уничтожить марксизм в Германии до последнего корешка… Сегодня мы стоим у поворота судьбы Германии».

Речь Гитлера в Дюссельдорфе имела громадный успех. В книге «С Гитлером — к власти» Отто Дитрих писал: «Речь оказала на промышленников сильное действие, что особенно ясно выявилось во время последующих месяцев борьбы» (имеются в виду президентские выборы 1932 года. — Авт.). Ассигнования на эти выборы сразу же потекли в кассу нацистской партии. 5 января 1932 года, т. е. за двадцать один день до речи в Дюссельдорфе, Геббельс писал в своем дневнике: «Всюду не хватает денег. Раздобыть их трудно, никто не дает нам кредиты». А 8 февраля, т. е. через двенадцать дней после Дюссельдорфа, он пишет: «Финансовое положение изо дня в день исправляется. Финансирование выборной борьбы почти что обеспечено».

Позже Фриц Тиссен подтвердил: «Я действительно связал Гитлера со всеми рейнско-вестфальскими промышленниками». А подробнее о действиях Тиссена и его дальнейшей судьбе можно осведомиться в материалах «Как формировалась нацистская верхушка» — из программы «Цена победы» на «Эхо Москвы» от 03.10.2005.

Виталий Дымарский в диалоге с Дмитрием Захаровым рассказывают следующее:

Д. ЗАХАРОВ: … начнем с Фрица Тиссена, который сыграл колоссальную роль…
В. ДЫМАРСКИЙ: Ну и вообще фигура очень интересная не только в плане нацистской партии, но, наверное, вообще в истории нацистской Германии.
Д. ЗАХАРОВ: Да, это, наверное, одна из самых трагических фигур, потому что это человек, который искренне стремился принести благо Германии, и потом понял, что он связался не с теми людьми. Надо сказать, что Тиссен происходил из очень богатой аристократической семьи и его отец, Август Тиссен, был одним из богатейших людей в Германии в эпоху Вильгельма II. Что сподвигло Фрица Тиссена на союз с нацистами? Он был взбешен оккупацией Рура в 23-м году, начал предоставлять огромные средства на борьбу с французами в Рурской области, за что был арестован французами и предстал перед трибуналом. И в том же 23-м году Тиссен познакомился с Гитлером, который убедил его, что сумеет восстановить Германию, и начнет с того, что уберет коммунизм с немецких улиц.
В. ДЫМАРСКИЙ: Здесь, мне кажется, вообще очень интересной одна вещь. Что вообще толкнуло крупный германский бизнес в объятия нацистов? Почему они увидели свой интерес там? Здесь надо, я думаю, представлять себе ту политическую ситуацию, которая в то время была в Германии. Альтернатива была очень простая: или нацисты, или коммунисты. Бизнес как бы еще не зная, что несет с собой нацизм, зато очень хорошо уже знал, что несет с собой коммунизм, и поэтому выбор как бы они сделали достаточно быстро, вынужденно в пользу нацизма, считая, кстати говоря, такое есть мнение, что лучше сильная диктатура, чем слабая демократия. Им важно было обеспечить собственные интересы, экономические интересы, и они считали, и не то, что считали, а была некая договоренность с Гитлером и с его партией о том, что их не трогают и они в обмен на, как сейчас у нас говорят, то, что их капитал будет национально ориентированным, то есть они пообещали не вывозить капитал из страны, не строить вилл на Кипре и не покупать футбольные клубы, и весь свой экономический и финансовый потенциал бросить на возрождение Германии, а самое главное, ее военной мощи, потому что, помимо всего прочего, военная индустрия приносила большие доходы.
Д. ЗАХАРОВ: Ну об этом мы скажем позже, но тут еще одна важная вещь. Что такое Рейнская область и Рур? Это металлургические очаги Германии, поля Германии. И очень многие из промышленников, которые так или иначе были связаны с Гитлером, они были сталелитейщиками, металлургами, и они несли очень серьезные убытки и потери из-за оккупации этих территорий. То есть это была вторая, достаточно серьезная мотивировка.
В. ДЫМАРСКИЙ: Кстати говоря, в конце 20-х годов именно по инициативе Рурского синдиката было принято решение с каждой тонны угля добытого энное количество пфеннигов — там, по разным данным, 5 или 7 пфеннигов — перечислять на дело партии, то есть ребята чисто конкретно договорились между собой финансировать нацистов.
Д. ЗАХАРОВ: Когда мы дойдем до Круппа, там будет еще более интересная история. Так вот, вернемся к Тиссену. После 23-го года в течение буквально нескольких лет Тиссен вложил в НСДАП более миллиона марок, немыслимые по тем временам деньги. Какое-то время Тиссену казалось, что Гитлер, как он говорил, произвел на него впечатление готового идти по пути реставрации династии Гогенцоллернов, что само по себе достаточно интересно, потому что это определенная, я бы сказал, политическая мимикрия. То есть вот ты хочешь Гогенцоллернов, я тебе буду рассказывать, что я люблю Гогенцоллернов страшно, но на самом деле цели он преследовал абсолютно другие. Тиссен, опять же, человек, потрясенный Версалем и всем, что происходило после этого, может быть, где-то был достаточно наивен в политическом отношении и охотно вкладывал сотни и сотни тысяч марок в движение нацистов. В 28-м году он основал сталелитейный концерн «Ферайнигте Штальверке», в 31-м вступил в НСДАП. Именно Тиссен пригласил Гитлера 27 января 32-го года выступить перед собранием промышленников в Дюссельдорфе, это знаменитая дюссельдорфская речь в клубе индустрии.
В. ДЫМАРСКИЙ: Это было, кстати говоря, первое, по-моему, выступление Гитлера, который уже был заметной политической фигурой на германской политической арене, но еще в годе от канцлерства, поскольку это был январь 32-го года, а, как известно, практически ровно через год он пришел к власти в роли канцлера.
Д. ЗАХАРОВ: Но, что тут важно, без Шахта и без Тиссена Гитлер и в 32-м году никак бы не попал в этот клуб. По сути и Тиссен, и Шахт сформировали реноме Гитлера, как серьезного политика в глазах крупного бизнеса.
В. ДЫМАРСКИЙ: Интересна еще одна вещь. В той своей дюссельдорфской речи Гитлер сказал одну очень важную, на мой взгляд, вещь. Он тогда предстал не как человек с амбициями завоевания мирового господства, а исключительно как человек, который хотел поднять экономику Германии, возродить Германию, без всяких, так сказать, претензий на мировое господство.
Д. ЗАХАРОВ: Возвращаясь к Тиссену. В 33-м он возглавил институт, занимавшийся проблемами корпоративного государства, в 35-м году у него появились серьезные сомнения относительно национал-социализма, у единственного из персонажей, о которых мы будем говорить. В 38-м он вышел из состава прусского госсовета в знак протеста против преследования евреев, а в 39-м выступил в рейхстаге против планов развязывания войны. 28-го декабря 39-го года он вообще покинул Германию и поселился в Швейцарии. Очень важным документом, на мой взгляд, является письмо Тиссена.
В. ДЫМАРСКИЙ: Оно историческое.
Д. ЗАХАРОВ: Это очень важная вещь, потому что это человек, который еще в 39-м году осознал, к чему приведет управление Германией нацистами. Дословно он писал: «Моя совесть чиста, я не чувствую за собой вины, моя единственная ошибка в том, что я поверил в вас, Адольф Гитлер, и в ваше движение. С 23-го года я приносил огромные жертвы ради национал-социалистического движения, я всегда воодушевлялся надеждами, что наши старания спасут наш несчастный германский народ. Когда национал-социалисты пришли к власти, первоначальные события, казалось, подтверждали мою веру, по крайней мере пока Фон Папен еще являлся вице-канцлером, тот самый Фон Папен, которому вы обязаны назначением на пост канцлера, тот самый Фон Папен, перед которым вы давали клятву в священном месте — соборе Гаррисона в Потсдаме — соблюдать конституцию. Однако со временем произошли гибельные изменения». Далее Тиссен говорит о гонениях на христианство. «И когда 9 ноября 38-го года самым трусливым и самым жестоким образом грабили и мучили евреев, когда по всей Германии разрушались синагоги, я снова выступил с протестом — чтобы продемонстрировать степень моего отвращения, я оставил пост госсоветника».
В. ДЫМАРСКИЙ: Достаточно длинное письмо и его пафос понятен.
Д. ЗАХАРОВ: Да. Тиссен говорит: «Остановите бессмысленное кровопролитие в Германии, и она обретет мир, и тем самым сохранит свое единство». Позже Тиссен во время поездки во Францию был схвачен, попал, естественно, в концлагерь вместе с женой, где и пробыл до 45-го года.
В. ДЫМАРСКИЙ: А умер он в Буэнос-Айресе в 51-м году, еще шесть лет прожил после войны, ну и, естественно, понятно из самой биографии Тиссена, из его судьбы вытекает, что на Нюренбергском процессе он не был среди подсудимых, естественно, и никакой кары не последовало.
Д. ЗАХАРОВ: Да, но среди промышленников он, пожалуй, был единственным, кто осознал, к чему все это приведет.

Биография Тиссена после 1932 года.
В мае 1933 года Фриц Тиссен при поддержке Гитлера основал в Дюссельдорфе Институт сословий. Разногласия между Тиссеном и Гитлером обострились, когда Тиссен безуспешно пытался вступиться за брошенного в концентрационный лагерь бывшего министра благотворительности Пруссии Генриха Хиртзифера и смещённого обер-бургомистра Дюссельдорфа Роберта Лера. После смещения президента правительства Дюссельдорфа Шмида, который подвергся преследованиям из-за еврейского происхождения его супруги, Фриц Тиссен в знак протеста заявил в письме Герингу о выходе из состава Прусского государственного совета. «Я против войны. Из-за войны Германия окажется в зависимости от России в сырьевой области и тем самым потеряет свое положение мировой державы».

2 сентября 1939 года Тиссен с супругой, дочерью и зятем эмигрировали в Швейцарию и собирался в Аргентину, когда, проведав свою умирающую мать в Брюсселе, после нервного срыва, случившегося с его женой, им пришлось отправиться в Канны, а в конце 1940 года Фриц Тиссен был арестован и выслан в Германию. В Германии Тиссен прошёл через несколько концентрационных лагерей (1943 — в Заксенхаузен, 1945 — в Бухенвальд, в тюрьму в Регенсбурге и в Дахау). После окончания войны Тиссен был интернирован союзниками и освобождён, в 1948 году Комиссией по денацификации вина Тиссена признана минимальной, тогда же он уехал в Аргентину к своей дочери, где умер от паралича сердца в 1951 году.

Об авторе Татьяна*Schön

автор журнал про Про*Дюссельдорф.
Запись опубликована в рубрике ПроDÜссельдорф, Умно+Мысли+Книги с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.