Романтическое, про Рейн

Почитайте перед поездкой по Рейну. Забавная «Рейнская легенда» Уильяма Мейкписа Теккерея*. Эта повесть начинается словами:

«То было в давние времена достославного рыцарства, когда на каждом высоком холме, глядящемся в светлые воды Рейна, еще стояло по замку; и обитали в них не крысы и совы, как ныне, а стены их не покрывали мох, и плесень, и вьюнки, и плющ, — нет, нет! — там, где ныне вьется плющ, неприступные решетки и стальные засовы заграждали входы; там, где трепещут на ветру вьюнки, развевались шелковые знамена, расшитые гордыми гербами; строем выступали воины там, где ныне глаз различает лишь мох да зловещие поганки; а вместо сов и крыс, могу поручиться, в замках жили дамы и рыцари, тут они пили и пировали, танцевали и любили.

И они, бывало, пили и пировали, а где они теперь? — исчезли? — нет, не совсем исчезли… Поэт видит их в туманной стране Фантазии и слышит то дальний трубный звук, возвещающий о турнире и битве, то смутное пение струн лютни во славу любви и благородных красавиц! …
Знаете ли вы, в каком году жители сказок покинули берега Рейна? Задолго до того, как был сочинен путеводитель Мэррэя**, задолго до того, как по водам могучей реки запыхтели, задымили пароходы. Знаете ли вы, что в далекие-далекие времена явление одиннадцати тысяч британских дев почтено было в городе Кёльне за чудо? Теперь их ежегодно заявляется сюда по двадцать тысяч, да ещё с горничными. Но об этих более ни слова — вернемся к тем, кто были прежде них.

Много-много сотен тысяч лет назад и как раз в тот период времени, когда в самой поре было рыцарство, на брегах Рейна приключилось одно событие, о каком уже написана книга, так что в достоверности его положительно можно не сомневаться. …

Промозглым, дождливым вечером, в четверг, 26 октября вышеозначенного года, путник, оказавшийся в такое ненастье без крова, увидел бы другого такого же странника, продвигавшегося вдоль дороги от Обервинтера к Годесбергу. Он был невысок, но богатырского сложенья, и время, избороздившее и вытемнившее его щеки и подпустившее серебра в его кудри, объявляло во всеуслышанье, что знается с этим воином вот уже добрые полвека. Он был облачен в кольчугу и сидел на могучем боевом скакуне, который (хоть одолел в тот день путь поистине долгий и трудный) легко нес своего господина, его оружие и поклажу. Коль скоро страна была дружественная, рыцарь не почел за нужное надевать тяжелый шлем, и он болтался у луки его седла вместе с портпледом. И шлем и портплед были украшены графской короной; причем на той, что венчала шлем, укреплен был знак рыцарского достоинства — рука, как водится, с обнаженным мечом.

По правую руку, в удобном для нее месте, висела баллиста или булава, роковое оружие, размозжившее черепа многих и многих нечестивых; широкую грудь воина прикрывал треугольный щит тех времен с высеченным на нем гербом — волнисто-красные полосы по серебряному полю — и Андреевским крестом. Крест этот был пожалован ему за отважный подвиг под Аскалоном самим императором Максимилианом, и одного взгляда в книгу немецких пэров или знания родовитых семейств, которым в ту пору располагал всякий, было достаточно, чтобы понять, что описанный нами всадник происходил от благородных Гомбургов. То был и точно досточтимый рыцарь сэр Людвиг Гомбургский — его титул графа и камергера двора императора Австрийского означались шапочкой с павлиньим пером (которую он лишь в сраженьях заменял шлемом), а в знак своего высокого достоинства он держал в руко шелковый зонтик (весьма неверную защиту от разбушевавшейся стихии), каковыми, как известно, в Средневековье дозволялось пользоваться высшей знати. Сумка, запертая бронзовым замком и сшитая из дорогостоящего изделия персидских ткачей (столь тогда редкостного в Европе) указывала, что он постранствовал под огненным солнцем Востока. Об этом говорила к тому же и надпись, начертанная на карточке или на пергаменте и нашитая па сумку. Поначалу там было «Граф Людвиг Гомбургский — Иерусалим», но потом имя Священного града было вычеркнуто и заменено Годесбергом — куда и точно направлялся наш всадник! — и едва ли следует добавлять, что упомянутая сумка содержала те детали туалета, каковые знатный дворянин не пожелал сдать в багаж.

— Клянусь святым Буго Катценелленбогеном, — сказал славный рыцарь, дрожа от холода, — здесь не так жарко, как в Дамаске. Ух ты! Я так голоден, что могу умять целого Саладинова верблюда. Поспеть бы к обеду в Годесберг!

И, вынув часы (висевшие на цепочке в боковом кармашке его шитого камзола), крестоносец утешился тем, что было лишь семь часов вечера и, стало быть, он мог достигнуть Годесберга еще до второго удара гонга!

Действительность подтвердила его предположения. Добрый конь, не раз скакавший под шпорами хозяина по четырнадцати лье в час, принес его к воротам славного замка как раз в то мгновенье, когда распорядитель давал первый сигнал, означавший, что уже пробило восемь и высокородное семейство графа Карла, маркграфа Годесбергского, готово приступить к вечерней трапезе. Толпа пажей и оруженосцев запрудила двор, когда поднялась решетка крепостных ворот и, встречаемый почтительными поклонами часовых, в замок вступил самый старинный друг Годесбергов. Дворецкий шагнул ему навстречу и взял под уздцы его коня. «С возвращением вас из Святой земли, сэр!» — воскликнул преданный старик. «С возвращением из Святой земли, сэр!» — подхватили остальные слуги; для графского коня Жеребенцера поспешно отыскали стойло, и, лишь удостоверясь, что конь его присмотрен, отважный воин вошел в двери замка и был сопровожден в отведенные ему покои.

Ярко пылали на камине восковые свечи, в фарфоровых вазах стояли цветы, а на туалетном столике помещались всевозможные сорта мыла и флакон драгоценной влаги, производимой в соседнем городе Кёльне; веселый огонек потрескивал в очаге, показывая, что доброго рыцаря здесь ждали. Служанки, внося теплую воду для его омовений, спрашивали приветно, не желает ли он, чтоб ему перед сном согрели ложе. И по зардевшимся их щекам ясно было, сколь лукаво отвечал закаленный старый боец. Брадобрей маркграфа явился узнать, не нуждается ль его сиятельство в его услугах…»

ГЛАВА X — Состязание лучников
«Хоть меж Виндеком и Клевом расположено неисчислимое множество замков и аббатств и для каждого имеется в путеводителях своя легенда и свое привидение, и достало б самой заурядной изобретательности, чтоб заставить эти привидения подстеречь наших смельчаков в пути, однако же, поскольку путешествие стало бы тогда почти нескончаемым, мы сократим его, лишь сообщив, что путники беспрепятственно достигли Клева и нашли там многое множество гостей, прибывших на ожидаемые игрища.

Далее легко было б описать собравшихся, выказав тонкое знание древних обычаев. Мы начали б с кавалькады рыцарей, в сопровождении пажей, несущих сверкающие золотом шлемы, следом за ними — могучих стремянных, оруженосцев и знаменосцев. Следом явился бы аббат, трусящий на своем иноходце и окруженный спутниками в белоснежных сутанах. Потом шли бы песенники, менестрели, шуты и скоморохи, пестрые цыгане, черноокие и темнолицые Zigeunerinnen; {Цыганки (нем.).} потом — поселяне, распевающие рейнские песенки и везущие в запряженных волами повозках юных дев, чьи щеки позлатило солнце виноградников. Далее мы описали бы портшезы, украшенные гордыми гербами, и глядящие из-за расшитых занавесей надменные головки на лебяжьих шейках, принадлежащие знатным красавицам. Но для подобных описаний у нас нет места; отсылаем читателя к отчету о турнире в искуснейшей повести «Айвенго», где вышеозначенное изображено со всеми подробностями. Мы же скажем только, что Отто и его спутники прибыли в Клев и, поспешив в харчевню, вкушали отдохновение после дня пути, приготовляясь к славной завтрашней встрече»..

______________
*Рейнская легенда (A Legend of the Rhine) эта повесть печаталась в «Альбомах Крукшенка» с июня по декабрь 1845 года. Это пародия на бутафорские, псевдоисторические романы, идеализирующие средневековье. Автор этой пародии Теккерей, как он сам признается в конце повести, использовал главы из малоизвестного романа А. Дюма-отца «Лучник Отон» в своем переводе. Впоследствии Дюма стал его любимейшим писателем.

**Путеводитель Мэррэя. Джон Мэррэй (1808-1892) — английский книгоиздатель, выпустивший ряд путеводителей для путешественников.

Об авторе Татьяна*Schön

автор журнал про Про*Дюссельдорф.
Запись опубликована в рубрике Окрестности, Умно+Мысли+Книги с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>