Моя личная «пинакотека»

«Памятник этот, красующийся в нарочно выстроенном для него дорическом мавзолее в Шарлоттенбурге и представляющий красавицу-королеву покоящуюся безмятежным сном, отличается высоким изяществом и вместе с тем естественностью и непринужденностью позы, выразительностью милого лица, вкусной укладкой драпировок и мастерским резцом».

Какие слова! Какой автор! Какой Словарь! Ах, зачитываюсь, упиваясь словами, описанием «просто-напросто» памятника.
Вкусная укладка драпировок!!! Как хорошо я себе это представляю.

Так вот, это всего лишь из «энциклопедического словаря» — конечно, Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона.
Автор слов и статей по искусству: Андрей Иванович Сомов (1830-1909),
русский искусствовед и музейный деятель, Санкт-Петербург. Почётный вольный общник петербургской АХ (с 1871). Редактор «Вестника изящных искусств», старший хранитель Эрмитажа (с 1886). Член-учредитель Общества русских аквафортистов. И вот что про него самого написано в Словаре:

«Сомов (Андрей Иванович) — любитель искусства и писатель по его части, род. в 1830 г., получил образование в СПб. ларинской гимназии и унив. по физико-математич. факультету, в бытность гимназистом посещал классы СПб. рисовальной школы для приходящих, а затем учился рисованию и живописи у академика Будияна. По окончании университетского курса, в 1854 г., занимался преподаванием математики в частных домах и пансионе Г. Эмме, в 1855—59 гг. преподавал физику в Горном институте, а в 1858—59—в офицерских классах Морского кадетск. корпуса. В 1859—62 гг. печатал в «Журн. Мин. Пут. Сообщ.» свой перевод с итал. языка на русский классического сочинения Галилея: «Разговоры и доказательства относительно законов движения», снабженный предисловием и примечаниями (труд, оставшийся недопечатанным). Не чувствуя, однако, особенной любви к математике и предаваясь мало-помалу влечению к искусству, он вскоре бросил карьеру педагога и стал изучать историю художеств, интерес к которой усилили в нем многократные поездки в чужие края, где он имел возможность близко знакомиться с памятниками живописи и других отраслей искусства».

В описаниях биографий художников этот замечательный автор использует словосочетания «поездка в чужие края». Это так необычно… И про пинакотеку статья имеется, интересная, а как же!

«Пинакотека (Πινακοθήκη — хранилище картин) — у древних греков помещение, в котором хранились живописные изображения, составлявшие вотивное приношение богам. В Афинах такое помещение находилось в левом крыле акропольских пропилеев.
У римлян П. называлась в их домах комната при входе в атрий, украшенная картинами, а также статуями и др. художественными предметами, которыми особенно дорожил хозяин. В настоящее время слово П. нередко употребляется в значении «картинная галерея». Старейшие из таких галерей, или П., существующих ныне в Европе, произошли по большой части из так наз. «кунсткамер», которые еще в XVI в. стали заводиться при королевских, герцогских и княжеских дворцах. Соперничая друг с другом в показном интересе к науке и искусству, владетельные особы и члены их фамилий собирали в эти музеи всякого рода редкости — экзотические естественноисторические предметы, образцы необычайной «игры природы», замечательные изделия из камня, металлов, слоновой кости и пр., дорогое старинное оружие и утварь, скульптурные произведения и, наконец, картины. Последние мало-помалу начали выделяться в отдельные коллекции, для размещения которых отводились особые залы или строились специальные здания. Подражая примеру королей и принцев, богатые и знатные люди устраивали у себя кабинеты и галереи картин; муниципалитеты больших городов также учреждали их для своих граждан и для путешественников. Но при составлении подобных коллекций долго преследовалась единственно цель скопить возможно большее количество знаменитых произведений живописи, хотя бы они принадлежали одному и тому же мастеру, без заботы о том, чтобы рядом с этим мастером были представлены менее значительные в сравнении с ним его предшественники и последователи и вообще художники второстепенные. Только со второй половины текущего столетия взгляд на назначение картинных галерей существенно изменился: на них стали смотреть как на музеи, долженствующие не столько удивлять драгоценностью красующихся в них памятников живописи, сколько давать наглядное понятие о постепенном ее развитии, об истории ее школ, обо всех, по возможности, представителях этой отрасли искусства, великих и некрупных, если только в их произведениях отразились художественное направление данного времени и дух эпохи. К сожалению, случаи для пополнения коллекций недостающими им картинами, частые в конце XVIII и начале XIX ст., представляются все реже и реже; тем не менее, благодаря стараниям ученых администраторов многих публичных галерей и денежным пожертвованиям правительств и частных лиц галереи эти перестали удовлетворять простому любопытству и сделались источниками поучения, центрами, около которых сосредоточиваются и из которых исходят важные исследования по истории живописи. Успешнее всех других стремится к этой цели Берлинская галерея, самая юная между германскими. Хотя еще великий бранденбургский курфюрст и затем прусские короли Фридрих I и Фридрих Великий покупали картины и получали их в наследство, однако они были рассеяны по их дворцам и не могли составить значительной и блестящей коллекции; вообще, сто лет тому назад Пруссия была одной из самых бедных стран в отношении произведений искусства. Основание галерее положено Фридрихом-Вильгельмом III, который повелел сделать для нее выбор лучших картин из числа украшавших берлинский, потсдамский и шарлоттенбургский дворцы и присоединил к ним две большие коллекции, приобретенные в 1815 и 1821 гг. от английского негоцианта Солли и от наследников Джустиниани в Париже. Образовавшаяся таким образом галерея была в 1830 г. открыта для публики в верхнем этаже нововыстроенного музея (ныне Altes Museum). После того она пополнялась новыми приобретениями, которые, однако, были не особенно важны и ценны до тех пор, пока политические события 1870—71 гг. не превратили Берлин в столицу германской империи и разбогатевшему прусскому правительству не открылась возможность жертвовать крупные суммы на покупки для галереи. С этого времени не проходит ни одного года, чтобы она не приобретала по нескольку картин, чем-либо замечательных, а главное — нужных для пополнения ее пробелов. Особенно важный вклад в нее доставила в 1873 г. покупка сюермондтской коллекции. Теперь в галерее насчитывается свыше 1240 номеров. Лучше всех других живописцев представлены в ней итальянцы, предшествовавшие Рафаэлю, мастера старонемецкой и нидерландской школ, Рембрандт, Ф. Гальс, Рубенс, Я. Рюисдаль, Д. Тенирс и нек. др. голландцы и фламандцы. Галерея посвящена исключительно картинам, писанным ранее начала нынешнего столетия. Для произведений новейшей живописи существует в Берлине другой музей, известный под названием Национальной галереи, несмотря на то, что в нем, кроме немецких живописцев, фигурируют и иностранные художники. Национальная галерея основана в 1831 г., помещается в роскошном, выстроенном для нее здании и также постоянно увеличивается новыми приобретениями. Самый богатый музей живописи в Германии, а может быть, и в целой Европе — всесветно известная Дрезденская галерея.

В числе немецких городов, владеющих картинными галереями, первое место после Дрездена занимает Мюнхен. В нем — два обширных правительственных учреждения этого рода: Старая П. (Alte Pinakothek), в которой хранятся произведения старинных школ живописи, и Новая П. (Neue Р.), назначенная для картин новейших немецких художников. Ядро старой П. составили картины, собранные баварскими принцами еще в XVI и XVII ст., прежняя Дюссельдорфская галерея, перевезенная в Мюнхен в 1805 г., и собрание Буссере, приобретенное в 1827 г. Затем король Людвиг I во все время своего царствования не переставал пополнять ее при всяком удобном случае. П. помещается в прекрасном здании, воздвигнутом в 1826—36 гг. по проекту Л. Кленце, и заключает в себе более 1400 картин. Итальянская живопись до эпохи Рафаэля представлена в ней очень слабо; он сам является не особенно блестящим, да и следовавшие за ним итальянцы по большей части недостаточно важны и характерны. Зато чрезвычайно хороши художники старонемецкой и нидерландской школ (кельнские мастера, Дюрер, Гольбейн Ст., Р. в.-д.-Вейден, Мемлинк, Д. Боутс, Г. Давид и пр.). Нигде нет такого, как здесь, количества картин Рубенса, достоинством которых мюнхенское собрание вообще уступает только антверпенскому и венскому. Весьма хороши также Ван-Дейк, некоторые другие фламандцы, Рембрандт и главные корифеи голландской школы. Из испанцев удовлетворительнее прочих представлены Мурильо и Рибера. Что касается до новой П., то она очень любопытна для истории хода немецкой, преимущественно баварской живописи в настоящем столетии.

В довершение обзора европейских П. необходимо бросить взгляд на подобные хранилища в России. Заговорив о них, мы были бы должны остановиться прежде всего на императорском Эрмитаже, как самом большом из художественных музеев в нашем отечестве и составляющем его гордость перед целым миром; но Эрмитажу будет посвящена в настоящем Словаре особая статья.

В сравнении с Петербургом, Москва очень бедна старинными картинами западноевропейской живописи. Такие картины поодиночке и маленькими партиями встречаются в некоторых домах богатых москвичей, но в городе нет ни одной порядочной коллекции, в которой публика могла бы наглядно изучать мастеров этой живописи. Наибольшая картинная галерея — большого кремлевского дворца — составлена из сомнительных или плохих оригиналов и копий, происходящих из складов петербургского Эрмитажа. Подобного же происхождения и иностранная часть галереи Московского публичного музея; в числе ее старинных картин есть несколько недурных нидерландских, но вообще эта часть слаба и вдобавок по ограниченности денежных средств музея находится в очень неприглядном, запущенном виде. Несравненно богаче Москва произведениями отечественных живописцев. Очень любопытна их коллекция в том же публичном музее; она образовалась преимущественно из картин бывшей галереи Ф. Прянишникова, купленной от его наследников и пожалованной музею импер. Александром II; особые залы занимают в музее знаменитое произведение А. А. Иванова: «Явление Мессии народу», также дар этого государя, и множество изготовленных для нее эскизов и этюдов. Но самую главную достопримечательность Москвы для художественных людей составляет обширная галерея русских картин, собранная братьями П. М. и С. Третьяковыми и пожертвованная первым из них в вечную собственность города. Здесь представлены решительно все живописцы, игравшие более или менее важную роль в истории нашего искусства с самого основания Академии художеств по настоящее время, и притом представлены по большой части в лучших образцах своей работы, так что перед посетителем галереи раскрывается полная и яркая картина постепенного развития русской школы, сменявшихся ее направлений и современного ее состояния; последнее обрисовывается тем ярче, что еще здравствующий основатель галереи, П. М. Третьяков, доныне продолжает приобретать для нее лучшие произведения наших художников, едва эти произведения выходят из их мастерских. За исключением обеих своих столиц, Россия пока не изобилует галереями; из существующих в ее провинциях можно указать только на гельсингфорскую, в местном Атенее (картины голландской и фламандской школ, современные финляндские и вообще скандинавские художники), на небольшую городскую в Риге, на еще менее значительные в Харькове при университете и Саратовскую при Радищевском музее и на коллекцию старинных, преимущественно нидерландских картин, принадлежащую Б. И. Ханенке, в Киеве.

Об авторе Татьяна*Schön

автор журнал про Про*Дюссельдорф.
Запись опубликована в рубрике Полезно, Умно+Мысли+Книги с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>